Стараясь возбудить Коринфян к наибольшей щедрости, Апостол указывает на ее благотворное влияние на всю христианскую церковь, начиная с Иерусалимской, для которой собиралась милостыня.
«Как цвет розы, внесенной в какое-либо место, не только глаза услаждает смотрящих, но и далеко распространяет приятное благоухание, так и милостыня избыточествует духовным благом, которое все выражается в благодарении Богу», говорит преосв. Феофан. «Хотя очень великое дело и то, что милостыня покрывает нужды и недостатки святых, но плод милостыни этим одним не ограничивается. Она есть вместе и избыточествующая многими благодареньми Богу. Этот плод лучше и выше того; тот на земле остается, а этот на небо восходит»…
«Возбужденное служением сим движение духа не останавливается на благодарении, а восходит к славословию, которое выше благодарения»… Апостол входит в мысли и чувства благодетельствуемых Иерусалимлян, и говорит, что они уже отвлеклись от себя и смотрят на простоту, – щедрость общения вашего со всеми, и видя в этом славу Евангелия, славословят Бога (так как это не укрывается и от неверующих). И не только Бога благодарят и славословят, но и о вас молятся, возлюбив вас за премногую к вам благодать Божию».
Златоуст же говорит: «видишь ли мудрость Павла, как он, превознесши их (Коринфян) добродетель, все восписал Богу, когда назвал дело их благодатию? После того, как сказал о них (Коринф.) та́к много, назвал их служителями, превознес до небес, назвал их искусными, теперь показывает, что виновник всего этого есть Бог, и сам вместе с ними возносит благодарение Богу, говоря: благодарение же Богови о неисповедимым Его даре! Даром называет здесь или те многочисленные блага, какие получают чрез милостыню и принимающие ее и подающие, или те блага, которые пришествием Христовым прещедро дарованы всему миру, и сии последние преимущественно должно разуметь». «Но если здесь дар означает вообще благодатное домостроительство, то и впереди под премногою благодатию то же приличнее разуметь. И заканчивает слово общим благодарением Богу о неисповедимом даре в Господе Иисусе Христе, этим одним созерцанием покрывая все другие благие помышления» (преосв. Феофан).
